Практика Московского городского суда по уголовным делам

Адвокат по уголовным делам в Москве: moscow +7 (499) 653-60-72 (968) ///////// federalniy +8 (800) 500-27-29 (244)

Адвокат по уголовным делам
Адвокат по уголовным делам Терентьевский П.А.

Контрабанда и приготовление к сбыту в особо крупном размере.

Московский городской суд в составе:
председательствующего - судьи З.,
с участием государственных обвинителей - прокуроров отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры г. Москвы, подсудимых М. и Г., защитников-адвокатов,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении
М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1, ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ,
а также Г., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1, ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228 УК РФ, установил:

Не позднее августа 2012 года два неустановленных лица по именам «И» и «Ю», уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, создали организованную преступную группу в целях незаконного распространения на наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере, а для реализации задуманного разработали план совместных действий, конкретный механизм поставок наркотических средств и психотропных веществ и их дальнейшего незаконного сбыта.

Согласно данному плану и распределению ролей, на себя эти лица возложили функции по организации и планированию конкретных поставок наркотических средств и психотропных веществ, руководству действиями членов организованной группы, распределению между ними обязанностей и контролю за их деятельностью, а также организации расчетов с поставщиками по мере реализации этих наркотических средств и психотропных веществ.

В состав данной преступной группы названные лица вовлекли ранее знакомого им М., поручив ему обеспечение доставки наркотических средств и психотропных веществ для последующего их сбыта, а также приискание потенциальных покупателей этих средств и веществ, который из корыстных побуждений согласился с данным предложением и, в свою очередь, вовлек в состав этой группы ранее знакомого ему Г., поручив ему приискание на территории **** оптовых покупателей и непосредственный сбыт поставляемых наркотических средств и психотропных веществ, который согласился с этим предложением.

Для осуществления надежной связи между собой члены указанной организованной группы были обеспечены средствами мобильной связи, а для конспирации своей преступной деятельности и исключения утечки информации о совершаемых ими преступлениях соучастники использовали различные мобильные телефоны и сим-карты, в том числе оформленные на третьих лиц, которые уничтожались сразу после совершения конкретной операции, а также применяли кодовые слова (поставки наркотических средств называли **** и т.п.) и многозвенную систему реализации наркотических средств и психотропных веществ (когда эти средства и вещества одними из членов организованной преступной группы помещались в определенное место, откуда другой участник этой группы изымал их, причем местонахождение этой закладки становилось известным ему непосредственно перед изъятием этих веществ, после чего доставлял их для сбыта в ****, где передавал третьему соучастнику, который непосредственно реализовывал их покупателям).

Таким образом, указанная организованная преступная группа отличалась устойчивостью, стабильностью и сплоченностью своего состава, где каждый из её членов знал только своё ближайшее окружение, с кем он контактировал, наличием лидеров в лице «И» и «Ю», детальным и тщательным планированием совершаемых преступлений, четким распределением ролей и обязанностей каждого из членов этой группы, соблюдением мер конспирации при подготовке и реализации задуманного, системой взаимосвязи между её членами, имела единые цели и задачи. Каждый участник этой организованной преступной группы, выполняя определенные ему обязанности, сознавал, что в цепочке по реализации наркотических средств и психотропных веществ на территории **** он действует не один, а вместе с другими лицами и что он выполняет согласованную часть своих преступных действий в целях достижения единого преступного результата, рассчитывая на получение своей части прибыли от незаконной реализации наркотических средств и психотропных веществ.

Так, реализуя общий преступный умысел и действуя согласно разработанному плану и распределенных ролей, упомянутые «И» и «Ю» до **** года в неустановленном месте на территории **** незаконно, с целью дальнейшего сбыта, приобрели вещество в виде таблеток в количестве 1490 штук общей массой 487,83 грамма, являющееся смесью, содержащей в своем составе психотропное вещество - амфетамин и наркотические средства: МДМА (L-3,4-метидендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) и хлорфенилпиперазин, что в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 1002 от 01.10.2012г. «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» образует особо крупный размер. Указанную смесь данные лица в целях конспирации и для удобства её скрытной транспортировки упаковали в две пластиковые бутылки, которые поместили в условленном месте на территории ****, откуда по их указанию, переданному посредством смс-сообщения, М. изъял эти бутылки в период с **** часов **** года и на попутном автомобиле доставил в **** в целях передачи для дальнейшего сбыта Г., с которым встретился рано утром **** того же года в оговоренном месте в ****, куда последний прибыл на автомобиле ****, государственный номерной знак ****. В данном месте М. переложил доставленные им две пластиковые бутылки с наркотическими средствами и психотропным веществом на заднее сидение автомобиля под управлением Г. и вместе с последним незаконно, в нарушение требований Федерального закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», храня и перевозя вышеуказанным способом эту смесь наркотических средств и психотропного вещества, на упомянутом автомобиле проследовали к месту предполагаемого сбыта по адресу: ****, где примерно в **** минут **** года М. и Г. были задержаны сотрудниками Управления ФСКН России по ****, а смесь наркотических средств и психотропного вещества в вышеприведенном количестве в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия была обнаружена в автомобиле Г. и изъята из незаконного оборота. Поэтому свой и других членов организованной преступной группы умысел на незаконный сбыт на территории **** наркотических средств и психотропного вещества в особо крупном размере М. и Г. не смогли довести до конца по не зависящим от них обстоятельствам.

Кроме того, Г., действуя самостоятельно, в период до **** года у неустановленного лица незаконно, в нарушение требований ст.ст. 5, 8, 14, 20-24 Федерального Закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», приобрел для личного потребления, без цели сбыта, наркотическое средство - гашиш общей массой 2,3 грамма, что в соответствии с вышеназванным Постановлением Правительства РФ № 1002 от 01.10.2012 г. образует значительный размер, которое незаконно хранил в своём автомобиле ****, государственный номерной знак ****, до **** минут **** года, пока в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия не был задержан сотрудниками полиции по адресу: ****, а указанное наркотическое средство было обнаружено при осмотре его автомобиля и изъято из незаконного оборота.
В судебном заседании подсудимые М. и Г. Е.В. виновными себя в предъявленном им обвинении признали частично и при этом показали:

- Г: что он признает свою вину только в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства - гашиша в значительном размере, а других преступлений он не совершал. Рано утром **** года он в **** встретил М., который из **** привез образцы мясной продукции для некоего Д., и именно к этому Д., о котором М. знал, они приехали на встречу к клубу ****, где их задержали сотрудники ФСКН и изъяли в его автомашине различные наркотические средства: три пакетика с гашишем и две пластиковые бутылки с таблетками. Данный гашиш он купил для личного употребления у того же Д., а бутылок с таблетками МДМА он у себя в автомашине раньше не видел и о том, что эти бутылки были у М. с собой - не знал и никогда не обещал последнему сбыть эти наркотики. У него с М. были только деловые отношения, связанные с поставкой мясной продукции. Перед досмотром сотрудники ФСКН не предлагали ему добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен, хотя понятые при этом присутствовали. О существовании неких Ю. и И., у которых М. получил упомянутые таблетки МДМА для сбыта их на территории ****, он не знал и последний о них ему не рассказывал. О том, что в ходе задержания сотрудники полиции применили к нему насилие, он никому раньше не говорил, а впервые заявил об этом только в суде. Однако данные действия сотрудников полиции никак не повлияли на его показания.

Подтвердил Г. в суде и то, что его право на защиту было реализовано полностью, а перед досмотром он имел возможность заявить о наличии у него в машине наркотических средств и психотропных веществ, однако этого не сделал. В **** года он в Республику Беларусь не выезжал. С Д., обозначенным у него в телефоне как ****, у него были только деловые отношения, связанные с поставками мясной продукции из ****, а в ночь на **** года он связывался с последним именно по вопросу поставки ему этой продукции. Данные поставки в общении между собой они называли словом ****, а инициатива встречи у клуба **** утром **** года исходила именно от Д., а не от него (Г.).
Вместе с тем, почему упомянутый Д., с которым в **** числах **** года он неоднократно связывался по телефону и якобы обсуждал вопросы поставки ему мясной продукции из **** и к которому он с М. как раз и приехали к бару ****, так и не появился в месте встречи и не заинтересовался привезенной ему мясной продукцией, в которой он так нуждался, Г. пояснить не сумел;

- М.: что свою вину он признает только в приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере, а контрабанду этих средств он не совершал. Ранее у своего знакомого по имени Ю. он (М.) занял **** долларов США, однако не сумел их вернуть своевременно, в связи с чем этот Ю. в **** года предложил ему отработать долг путем доставки и реализации наркотического средства - таблеток МДМА в ****, на что он вынужден был согласиться, поскольку Ю. и его знакомый по имени И. начали угрожать его семье. О существовании Ю. и И. и что они занимаются сбытом наркотиков, он, зная о том, что Г. сам употребляет наркотики, в **** года рассказал последнему и предложил ему сбывать привезенные им таблетки в ****, на что тот согласился. Более того, еще в **** года Г. уверил его (М.) в том, что он сбудет привезенные им наркотики, а **** года они с Г. оговорили, что за всю партию таблеток Г. должен отдать ему **** рублей. Кому он будет сбывать эти наркотики, Г. ему не сообщал. О том, что у него в **** есть человек, который реализует все привезенные им наркотики, он (М) сообщил И и Ю.

Далее М. показал, что во время встречи с упомянутым Ю. **** года в г. **** последний передал ему телефон с сим-картой, который он должен был подключить после пересечения ****, на который ему должно было поступить смс-сообщение с указанием места закладки наркотика. Этот наркотик в виде таблеток он должен был отвезти в ****, где через Г. реализовать его за **** рублей, а деньги привезти Ю. Выполняя указания последнего и действуя по ранее оговоренному плану, он после пересечения ****, находясь уже на территории ****, подключил мобильный телефон, на который ему поступило сообщение с адресом закладки наркотика, находящимся на территории церкви, расположенной на ****.

Забрав в указанном месте две пластиковые бутылки с таблетками и отправив смс-сообщение Ю, что все в порядке, он (М.) на частном автомобиле приехал в ****. Попутно он взял с собой две коробки с мясной продукцией для Г., однако никакого Д. в **** он не знал и о таком человеке Г. ему не рассказывал. О том, что он везет с собой в **** наркотики в виде таблеток, Г. было известно заранее, а последний обещал ему сбыть их за **** рублей. Именно поэтому Г. встретил его рано утром **** года, в своем микроавтобусе лично посмотрел две привезенные им бутылки с таблетками МДМА, после чего созвонился со своим знакомым, которому собирался сбыть эти наркотики, и договорился с ним о встрече около клуба ****, куда он (М.) приехал вместе с Г. около **** часов ****, где их и задержали сотрудники ФСКН.

Никакого насилия в момент задержания к нему никто не применял, а перед досмотром ему предлагали добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен. Ранее он Г. никаких наркотиков не привозил и не передавал. В суде он дал правдивые показания и рассказал, как всё происходило на самом деле, а первичные показания в качестве подозреваемого дал по договоренности с сотрудниками ФСКН, что с ним будет заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. Однако все его ходатайства о заключении этого соглашения остались без удовлетворения, хотя он готов был рассказать на следствии обо всех причастных к данным событиям лицах, назвать их адреса и места получения наркотиков.

Не смотря на занятую Г. позицию, которую суд расценивает как избранный способ защиты, виновность последнего и М. в совершении противоправных деяний, изложенных выше, полностью подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Так, свидетель П. А.Г. показал, что в середине **** года во 2-ой отдел Оперативной службы УФСКН России по **** поступила оперативная информация в отношении молодого человека по имени Е., который на территории **** занимается незаконным сбытом таблеток, содержащих в своем составе наркотическое средство МДМА. Им стало известно, что данные наркотические средства Е. привозит в **** на микроавтобусах белого или красного цвета и что в конце **** года ожидается очередная партия наркотиков, а её передача состоится в районе клуба **** по адресу: ****. Поэтому руководством отдела было принято решение провести оперативно-розыскное мероприятие (далее ОРМ) «наблюдение» по указанному выше адресу, в ходе которого необходимо было задержать этого Е. с поличным.

Рано утром он (П.) в составе оперативной группы находился по данному адресу, когда примерно к **** часам к клубу подъехал микроавтобус белого цвета ****, из которого вышла два молодых человека, которыми, как выяснилось в дальнейшем, были Г. и М. Г. оказался тем самым Е., в отношении которого к ним в отдел и поступила оперативная информация. По выходу из микроавтобуса Г. сразу же направился в клуб ****, а М. остался около автомобиля, после чего последних задержали. В присутствии понятых Г. и М. досмотрели, а перед досмотром им разъяснили их права и предложили добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен, на что оба заявили, что ничего запрещенного у них при себе и в автомобиле, на котором они приехали, нет.

Однако в ходе осмотра микроавтобуса **** в районе ручки переключения передач были обнаружены и изъяты две пластиковые бутылки, в которых, как выяснилось в дальнейшем, находилось примерно 1500 таблеток, содержащих наркотическое средство МДМА, а в нише приборной панели нашли несколько пакетиков с гашишем. Г. тогда же заявил, что данные пакетики с гашишем принадлежат ему и что этот гашиш он употребляет лично, а таблетки он приобрел через интернет в районе ****у какого-то неизвестного и что М. к этому непричастен. М., напротив, рассказал им, что эти таблетки он привез из **** .

Далее свидетель П. уточнил, что выдвинутая Г. версия о покупке им этих таблеток через интернет была неправдоподобной, поскольку рядовой продавец никогда не сбудет 1500 таблеток МДМА, т.к. такая партия является оптовой и такое количество таблеток предназначено явно не для личного употребления.

Свидетель М.А.А. в суде дал показания, аналогичные показаниям свидетеля П.А.Г., и при этом пояснил, что с середины **** года в отдел начала поступать оперативная информация о том, что некий Е. поставляет на территорию **** таблетки, содержащие в своем составе наркотическое средство МДМА, которые он привозил из **** на имеющихся у него двух микроавтобусах марки **** и **** с **** номерами или эти таблетки ему привозили его соучастники. Пресечь деятельность этого Е. им долгое время не удавалось, поскольку информация поступала с опозданием. Однако **** года к ним в отдел поступили более точные сведения о том, что данный Е. **** года планирует привезти из **** крупную партию таблеток МДМА, которую собирается сбыть некоему **** около клуба **** в ****, расположенного на ****, в связи с чем по решению руководства отдела и было проведено ОРМ «наблюдение», в ходе которого примерно в **** часов того же дня около данного клуба были задержаны М. и Г. При досмотре микроавтобуса ****, на котором М. и Г. приехали к упомянутому клубу, в салоне автомашины обнаружили две пластиковые бутылки с примерно 1500 таблеток, содержащими наркотическое средство МДМА, а также несколько пакетиков с гашишем. По поводу обнаруженных наркотических средств Г. пояснил, что пакетики с гашишем принадлежат ему, а таблетки он приобрел через интернет.

Тогда же М. рассказал сотрудникам наркоконтроля, что в **** он познакомился с И по кличке ****, который предложил ему сбывать МДМА в ****. Зная о том, что Г употребляет наркотики и может сбывать их, он (М) согласился с этим предложением И. и, в свою очередь, предложил Г. сбывать наркотики, на что последний ответил согласием. Тогда же М. познакомился с другом И.по имени Ю., который предложил ему проверить возможности Г. по сбыту наркотиков, для чего они первоначально передали тому «таблетки-пустышки».

С данной проверкой Г. успешно справился, в связи с чем ему стали поставлять таблетки с МДМА для сбыта. Со слов М., партию из 1500 таблеток МДМА он извлек из закладки на территории ****, куда её привезли из Европы, а в этой цепочке он работал не один. На частном автомобиле он привез эти таблетки на территорию Российской Федерации и в районе МКАДа встретился с Г., после чего вместе с ним поехал к клубу ****, где они планировали сбыть эти таблетки оптом примерно за **** рублей, однако их задержали.

Кроме того, свидетель М. дополнил, что перед досмотром Г. и М. предлагали выдать запрещенные к обороту вещества, а выдвинутая Г. версия о приобретении им примерно 1500 таблеток МДМА через интернет была явно неправдоподобной, поскольку последний пытался взять всю ответственность на себя.

Свидетель Л.А.П. показал, что **** года он вместе с другим молодым человеком участвовал в качестве понятого при досмотре двух ранее незнакомых ему мужчин, которыми оказались Г. и М. Перед началом досмотра всем участвующим лицам, в том числе Г. и М., были разъяснены их права, а последним предлагали добровольно выдать запрещенные к обороту на территории РФ предметы и вещества, на что они заявили, что ничего запрещенного у них нет. Никакого психологического или физического давления на Г. и М. не оказывалось. После личного досмотра Г. и М. был осмотрен микроавтобус ****, на котором те приехали к клубу ****, и в ходе осмотра этого микроавтобуса между сидениями сотрудники полиции обнаружили две пластиковые бутылки с каким-то веществом в виде таблеток и сверток. Тогда же Г. заявил, что в свертке находится гашиш, который принадлежит ему, а упомянутые пластиковые бутылки им не принадлежат.

Из оглашенных в суде показаний свидетеля Е.С.В. следует, что **** года он участвовал в качестве второго понятого при досмотре Г. и М., который проводился по адресу: **** Перед началом досмотра сотрудники УФСКН разъяснили ему (Е.) и второму понятому их права и обязанности, а Г. и М. разъяснили их права, статью 51 Конституции РФ, после чего предложили им добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен, на что последние ответили, что при себе ничего запрещенного не имеют. В ходе досмотра у Г. были изъяты ключи от принадлежащего ему автомобиля ****, государственный регистрационный знак ****. Перед началом досмотра этого автомобиля Г. снова разъяснили статью 51 Конституции РФ и предложили добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен, на что Г. заявил, что ничего запрещенного в его автомобиле нет.

В ходе осмотра указанной автомашины у ручки переключения коробки передач были обнаружены и изъяты две пластиковые бутылки с комкообразным веществом и веществом в виде таблеток, а в нише панели - три свертка в фольге со спрессованным веществом в каждом и личные документы на имя Г., а также мобильный телефон марки ****. Тогда же Г сообщил, что в свертках из фольги находится наркотическое средство - гашиш, которое принадлежит ему. Все действия и обнаруженные предметы фиксировались в необходимых протоколах, в которых он (Е.), второй понятой и М. расписались, а Г. отказался подписывать протокол обследования транспортного средства. В ходе проведения всех этих мероприятий на Г. и М. никакого физического или психологического давления со стороны сотрудников полиции не оказывалось.

Показания свидетелей П, М, Л и Е подтверждаются также материалами оперативно-розыскных мероприятий - «наблюдение» и «обследование транспортного средства», представленных следователю на основании соответствующего постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Так, из соответствующих актов личного досмотра Г. и обследования транспортного средства от **** года усматривается, что у Г. при себе находился ключ от автомобиля ****, государственный регистрационный знак ****, а в салоне автомашины около ручки переключения коробки передач были обнаружены две пластиковые бутылки с комкообразным веществом и веществом в виде таблеток внутри. Кроме того, в нише панели обнаружено три фольгированных свертка с прессованным веществом.

Также в салоне данной автомашины были обнаружены: сотовый телефон марки *****, паспорт гражданина **** и военный билет на имя Г., техпаспорт на вышеназванный автомобиль, две доверенности на имя Г.В.В. и Г., водительское удостоверение на имя Г. В.В.

Приведенные выше материалы оперативно-розыскной деятельности получены в соответствии с требованиями законодательства РФ, надлежащими должностными лицами, правильно процессуально закреплены, а поэтому являются допустимыми доказательствами и оснований не доверять им у суда не имеется.

Таким образом, показания свидетелей П., М., Л. и Е, а также подсудимого М. относительно процедуры личного досмотра М. и Г. и обследования транспортного средства последнего полностью опровергают утверждения Г. в суде о том, что перед досмотром сотрудники ФСКН не предлагали ему добровольно выдать предметы и вещества, оборот которых на территории РФ запрещен или ограничен.
Как пояснил свидетель Л.Д.А., у него и Г. имелся общий знакомый по имени Д., который вел скрытный образ жизни, легко втирался в доверие, о себе ничего не рассказывал, семьи не имел, снимал квартиры в разных местах и всегда созванивался с ним с разных номеров телефона. О том, что Г и данный Д употребляли наркотики, ему известно не было.

Свидетель М.Е.В. показала, что утром **** года её муж - М. выехал из **** в **** к Г. за деньгами за ранее поставленную мясную продукцию, которую Г. вместе с родителями реализовывали. Ей было известно, что её муж занял у некоего Ю. **** долларов США на развитие бизнеса по поставке мясной продукции из **** в ****, однако не сумел вернуть долг, в связи с чем этот Ю. потребовал вернуть деньги. После задержания мужа, примерно в **** года, данный Ю. заявил ей, что он знает, за что задержан её муж и что это и его дела тоже, после чего предупредил её о том, чтобы муж молчал и ничего не рассказывал, иначе ей с ребенком будет плохо. О данных угрозах она ранее не сообщала, поскольку боялась за себя и ребенка.

Свидетель М.Е.В. далее дополнила, что муж хотел заключить досудебное соглашение о сотрудничестве и готов был назвать всех тех людей, которые втянули его в свой криминальный бизнес, однако в этом ему отказали. Когда её муж уезжал в ****, никаких вещей у него с собой не было. В переговорах с Г. относительно поставок мясной продукции муж никогда слово **** не употреблял.
Согласно справки об исследовании № **** от **** года, в двух пластиковых бутылках с комкообразным веществом и веществом в виде таблеток, изъятых в ходе досмотра автомашины ****, государственный регистрационный знак ****, находилось 1490 таблеток, а вес всего вещества в виде таблеток и фрагментов таблеток составил 487,83 г. В ходе исследования данного вещества было израсходовано 0,02 г от его общей массы.

В соответствии с заключением эксперта, вещество в виде таблеток и фрагментов таблеток общей массой 487,81 г, изъятое в упомянутой выше автомашине, содержит в своем составе психотропное вещество - амфетамин и наркотические средства: МДМА (L-3,4-метидендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) и хлорфенилпиперазин.

Согласно справки об исследовании, в трех свертках из фольги, изъятых в ходе досмотра автомашины, государственный регистрационный знак ****, содержится вещество растительного происхождения общей массой 2,3 г. В ходе исследования этого вещества было израсходовано 0,3 г от общей массы всего вещества.

Из заключения эксперта следует, что вещество растительного происхождения темно-коричневого цвета в виде спрессованных фрагментов неправильной формы, изъятое **** года в упомянутой выше автомашине ****, является наркотическим средством - гашишем.

В соответствии с утвержденным Постановлением Правительства РФ №681 от 30 июня 1998 года «Перечнем наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», психотропное вещество - амфетамин и наркотические средства: гашиш (анаша, смола каннабиса), МДМА (L-3,4-метидендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) и хлорфенилпиперазин включены в Список наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ (список I).

Согласно Постановлению Правительства РФ № 1002 от 01.10.2012 г. «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» гашиш (анаша, смола каннабиса) общей массой 2,3 г образует значительный размер; а для смесей, в состав которых входит хотя бы одно наркотическое средство или психотропное вещество, перечисленное в списке 1 независимо от их содержания в смеси, значительный, крупный и особо крупный размер определяется по наркотическому средству или психотропному веществу списка 1, для которого установлены более строгие меры контроля.

Поскольку особо крупным размером признается размер психотропного вещества - амфетамина массой свыше 200 г, а также размер наркотического средства - хлорфенилпиперазина массой свыше 100 г, то всё вещество общим весом 487,83 г образует особо крупный размер.

Как усматривается из протокола осмотра предметов и документов, в мобильном телефоне с сим-картой оператора сотовой связи ****, изъятом в ходе обследования автомашины ****, государственный регистрационный знак ****, которым пользовался Г., зафиксирован ряд контактов, в том числе с абонентами: ****, использующим номер ****, и ****, использующим номер **** (который принадлежал М.). **** года Г и М созванивались между собой в **** часов **** минут и в **** часов**** минут. В **** часов **** минут **** года Г от **** получено смс-сообщение, согласно которому упомянутый абонент интересовался у Г, в **** ли он, на которое Г ответил последнему смс-сообщением, что ****, поскольку он ****.**** года **** трижды звонил Г., последний раз в **** часов **** минут. Г от **** получено смс-сообщение, в котором последний возмущается «несерьезностью» Г, после чего в **** часа **** минут тех же суток упомянутый **** пытался дозвониться до последнего, однако Г не взял трубку. В **** часов **** минут **** года уже Г. перезванивает ****, а в **** часов **** минут Г поступил входящий звонок от ****.

По мнению суда, эти контакты Г. полностью подтверждают показания подсудимого М. о том, что утром **** года, когда он встретился с Г., последний созванивался со своим знакомым, которому он собирался сбыть привезенные им наркотики и с которым договаривался о встрече около клуба ****.
Кроме того, приведенные контакты Г. объективно подтверждают и показания свидетеля М о существовании некоего ****, которому Г, по имеющейся у них информации, и собирался сбыть крупную партию таблеток МДМА около клуба **** в ****.

Вышеприведенные доказательства в совокупности с количеством и содержанием исследованных в суде телефонных контактов Г, как предшествующих, так и непосредственно в ночь на **** года, их участников, последовательность этих контактов и действий Г непосредственно после встречи с М объективно свидетельствуют о том, что привезенные последним наркотические средства и психотропное вещество в виде таблеток и фрагментов таблеток в вышеназванном количестве предназначались именно для сбыта Г другим лицам.

Согласно протоколу медицинского освидетельствования для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения от **** года, в момент задержания Г находился в состоянии опьянения, вызванного наркотическими средствами (каннабиноидами).

Таким образом, анализируя и оценивая показания подсудимых М и Г в части признания ими вины, а также подробные показания свидетелей П, М, М.Е.В., Л, Е, Л об известных им обстоятельствах совершения подсудимыми преступлений, изложенных в описательной части настоящего приговора, суд, доверяя показаниям названных лиц в указанной их части и считая их объективными и достоверными, кладет их, а также приведенные выше заключения экспертов, протоколы следственных действий и полученные в соответствии с требованиями законодательства РФ материалы оперативно-розыскной деятельности в основу настоящего приговора.

Эти доказательства, по мнению суда, являются допустимыми и достоверными, полученными полномочными лицами, с соблюдением установленного УПК РФ порядка их собирания и процессуального закрепления, полностью согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, в связи с чем оснований не доверять им у суда не имеется.

Также в основу приговора суд кладет показания подсудимого М в судебном заседании, в которых он фактически изобличил Г в содеянном, как это отметил в прениях адвокат по уголовным делам. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что свидетели и подсудимый М сговорились между собой и оговорили Г, в суде не установлено, а оснований не доверять им не имеется.

Напротив, доводы подсудимого Г о том, что приготовления к сбыту наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере, в составе организованной группы, он не совершал, а М и вышеназванные свидетели оговорили его, суд признает надуманными, несостоятельными и не соответствующими действительности, данными с целью избежать ответственности за содеянное, поскольку эти его утверждения противоречивы, не соответствуют установленным по делу объективным обстоятельствам совершения подсудимыми указанных выше противоправных деяний и полностью опровергаются согласующимися между собой и положенными в основу приговора доказательствами.

Что касается показаний свидетелей защиты Г.Н.Г. и Г.В.В., то последние ничего по обстоятельствам дела пояснить не могли, а сообщенные ими сведения о личности и поведении их сына - подсудимого Г. в повседневной жизни не опровергают вывода о доказанности виновности последнего в совершении изложенных выше противоправных действий, к которому приходит суд на основе совокупности приведенных выше доказательств.

В то же время, суд принимает во внимание показания свидетелей Г.Н.Г. и Г.В.В. в той их части, что вопросами поставок мясной продукции у них в семье занималась только Г.Н.Г., а в переговорах с поставщиками она никогда не употребляла слово **** для наименования мясной продукции. У сына в **** года был только один телефон, который он никому не передавал.
Поэтому на основании всей совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, положенных в основу настоящего приговора, суд приходит к выводу о доказанности виновности М и Г в совершении преступных действий, изложенных в описательной части настоящего приговора.

Содеянное М и Г, которые, действуя совместно и согласованно, в соответствии с отведенными им ролями и разработанным планом, в составе устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для незаконного сбыта на территории **** наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере, во исполнение общего преступного умысла, при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора: М - получил и обеспечил доставку на территорию **** психотропного вещества - амфетамина и наркотических средств: МДМА (L-3,4-метидендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) и хлорфенилпиперазина общей массой 487,83 г, что составляет особо крупный размер, где передал их Г для последующей реализации, а Г, в свою очередь, приискал оптового покупателя этих средств и веществ, которые перевез в своем автомобиле для дальнейшего сбыта по адресу: г****, однако довести задуманное до конца М и Г не смогли по не зависящим от них обстоятельствам, поскольку в **** часов **** минут **** года были задержаны сотрудниками УФСКН России по ****, а находящиеся в автомобиле Г две пластиковые бутылки с указанным психотропным веществом и наркотическими средствами были обнаружены и изъяты в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия, суд расценивает как приготовление к незаконному сбыту наркотических средств и психотропных веществ, совершенное организованной группой, в особо крупном размере, и квалифицирует по ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ.

Давая такую юридическую оценку этим действиям подсудимых, суд исходит из того, что положенными в основу настоящего приговора доказательствами подтверждается, что М и Г заранее договорились и объединились между собой и другими лицами в группу в целях незаконного сбыта на территории **** наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере, а задуманное реализовывалось ими по тщательно разработанному плану и в соответствии с отведенными им ролями.

Данная группа характеризовалась устойчивостью, стабильностью и сплоченностью её участников, где каждый из её членов знал только своё ближайшее окружение, с кем он контактировал, наличием лидеров в лице «И» и «Ю», тщательной подготовкой и детальным заблаговременным планированием совершаемого преступления, четким распределением ролей и обязанностей каждого из соучастников (когда одни приискивали необходимое количество наркотических средств и психотропных веществ и помещали их в определенное место, другой член данной группы изымал их из указанного места и доставлял для сбыта в ****, где передавал третьему соучастнику, который непосредственно реализовывал их покупателям), обеспеченностью их средствами мобильной связи, соблюдением мер конспирации при подготовке и реализации задуманного, когда местонахождение закладки наркотических средств и психотропных веществ становилось известным одному из соучастников непосредственно перед изъятием этих веществ, а используемые соучастниками мобильные телефоны и сим-карты, в том числе оформленные на третьих лиц, уничтожались сразу после совершения конкретной операции, в переговорах между собой соучастники применяли кодовые слова (поставки наркотических средств называли **** и т.п.), согласованностью действий и единством целей и задач. И хотя объем содеянного каждым из соучастников был разным, все они действовали совместно и согласованно, в соответствии с отведенными им ролями и заранее разработанным планом, выполняя определенные функции в целях достижения единого преступного результата.

Таким образом, свои противоправные действия подсудимые М и Г, соответственно каждый, совершили устойчивой группой лиц, заранее объединившись между собой и другими лицами для совершения названного преступления, то есть организованной группой.

Кроме того, о едином умысле подсудимых именно на сбыт наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере в составе организованной группы и получение за эти их действия финансовой или иной выгоды свидетельствуют, по мнению суда, приведенные выше условия, при которых приобретались, хранились и перевозились названные наркотические средства и психотропные вещества в виде таблеток, их размер, упаковка, предшествующие незаконному приобретению данных средств и веществ неоднократные телефонные переговоры, а также последующие действия М и Г, которые при получении передаваемого им для дальнейшего сбыта вещества в виде таблеток денег за него не платили.

Самостоятельные преступные действия Г, выразившиеся в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства - гашиша общей массой 2,3 г, что составляет значительный размер, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Вместе с тем, при юридической оценке инкриминированной Г и М контрабанды, то есть незаконного перемещения через **** с государствами - членами **** наркотических средств и психотропных веществ, организованной группой, в особо крупном размере, квалифицированной органами предварительного следствия по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что обвинение Г и М в совершении упомянутого преступления в ходе судебного разбирательства не подтвердилось, в связи с чем последние подлежат оправданию в связи с не установлением события преступления.

Так, органами предварительного следствия Г и М обвинялись в том, что не позднее **** года вступили в организованную неустановленными лицами по именам «И» и «Ю» преступную группу в целях незаконного приобретения наркотических средств и психотропных веществ вне пределов Российской Федерации, их контрабандной поставки на территорию Российской Федерации и последующего незаконного сбыта, для чего между её членами были распределены роли, согласно которых упомянутые «И» и «Ю» должны были организовать бесперебойные поставки из стран **** наркотических средств и психотропных веществ и их контрабандные поставки на территорию Российской Федерации с целью дальнейшего незаконного сбыта, а также производство взаиморасчетов с поставщиками по мере реализации наркотических средств и психотропных веществ. Роль М заключалась в осуществлении беспрепятственного контрабандного перемещения наркотических средств и психотропных веществ через Государственную границу РФ с государствами - членами **** и их передаче участникам преступной группы в целях дальнейшего незаконного сбыта на территории РФ, а также в приискании потенциальных покупателей наркотических средств и психотропных веществ. Г отводились функции курьера при транспортировке наркотических средств и психотропных веществ, их перевозке и хранении, приискании оптовых покупателей и непосредственного сбыта наркотических средств и психотропных веществ.

По версии следствия, данные «И» и «Ю», реализуя общий преступный умысел и находясь на территории ****, в период до **** года приискали и незаконно, с целью дальнейшего сбыта, приобрели вещество в виде 1490 таблеток общей массой 487,83 грамма, которое является смесью, содержащей в своем составе психотропное вещество - амфетамин и наркотические средства: МДМА (L-3,4-метидендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) и хлорфенилпиперазин. Эту смесь наркотических средств и психотропного вещества «И» и «Ю» незаконно хранили в целях дальнейшего сбыта, а затем примерно в **** часов по **** года передали М в целях обеспечения её сокрытия для последующей транспортировки контрабандным путем на территорию Российской Федерации и передачи для дальнейшего сбыта Г. В свою очередь М, действуя согласно отведенной ему роли, упаковал эту смесь наркотических средств и психотропного вещества в две полимерные емкости, и, храня их при себе, не позднее **** часов по Московскому времени **** выехал из **** в **** на неустановленном автомобиле, следуя в котором, в период с **** до **** часов по Московскому времени **** года через центральный таможенный пункт, расположенный на 440 км трассы М ****, пересек Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами **** и въехал на территорию Российской Федерации, тем самым незаконно переместил через Государственную границу Российской Федерации наркотические средства и психотропное вещество в особо крупном размере, которые в последующем передал Г, вместе с которым и был задержан в **** часов **** минут **** года по адресу: **** упомянутая смесь была изъята из оборота.

Между тем, представленных суду и исследованных в судебном заседании доказательств для признания М и Г виновными именно в совершении организованной группой лиц контрабанды наркотических средств и психотропных веществ в особо крупном размере явно недостаточно.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Исходя из требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, обвинительный приговор должен быть постановлен только на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора.

Как усматривается из исследованных в суде доказательств, фактически обвинение М и Г в совершении упомянутого деяния основано только на первичных показаниях М, данных им в качестве подозреваемого, и показаниях сотрудников УФСКН России по г. Москве П и М.

Так, согласно показаний М, данных им в качестве подозреваемого непосредственно в день задержания **** года, примерно **** года его знакомый по имени И, проживающий в ****, предложил ему заняться продажей наркотических средств в виде таблеток, большими партиями. И должен был доставлять наркотические средства из **** в ****, делать закладки в различных местах ****, а он должен был доставлять эти наркотики до г. ****, где найти потенциальных покупателей указанного наркотика, на что он (М) согласился и решил сбывать наркотические средства при помощи Г, в связи с чем предложил последнему заняться сбытом указанного наркотика, а также по предложению знакомого И по имени Ю проверил возможности Г по этому сбыту. **** года, примерно в **** часов по **** времени, он (М) получил от Ю и И партию таблеток, после чего, созвонившись с Г, выехал в **** на попутной автомашине, на которой и перевез эти таблетки через границу в период времени с **** до **** часов по **** времени, проследовав через центральный таможенный пункт, расположенный на трассе М****. Приехав в г. ****, он (М) встретился с Г на кольцевой автодороге, после чего пересел к нему в автомобиль, а таблетки, находящиеся в двух пластиковых бутылках, положил на заднее сиденье автомашины. Затем вместе с Г они подъехали к одному из клубов г. ****, где последний планировал встретиться с человеком, который должен был забрать всю партию таблеток за **** рублей, однако их задержали сотрудники полиции.

Как пояснили в суде свидетели П и М, соответственно каждый, у них имелась оперативная информация в отношении молодого человека по имени Е, который на территории **** занимается незаконным сбытом таблеток, содержащих в своем составе наркотические средства, а эти наркотические средства Е сам привозит в **** из **** на микроавтобусах с **** номерами или их ему привозили его соучастники. Поскольку **** года ожидалась очередная партия наркотиков, передача которых должна была состояться в районе клуба **** по адресу: ****, было запланировано ОРМ «наблюдение», в ходе которого были задержаны М и Г, а в автомашине последнего были обнаружены различные наркотические средства, в том числе около 1500 таблеток, содержащих наркотические средства и психотропное вещество. О том, что эти таблетки на территорию Российской Федерации из **** привез М, последний в момент задержания сам подробно рассказал им.
Других доказательств, подтверждающих факт того, что упомянутое вещество в виде таблеток в количестве 1490 штук, общей массой 487,83 грамма, в **** привез М именно из ****, а не из другого места, суду не представлено.

Однако приведенные выше показания свидетелей П и М в указанной их части не согласуются с исследованными в суде письменными документами, а именно рапортом П об обнаружении признаков преступления от **** года и актом оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» от того же числа, исполненном М, в которых вообще не содержится информации о наличии в действиях Г и М признаков состава преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, как и сведений о том, каким образом и откуда вышеупомянутая смесь наркотических средств и психотропного вещества в виде таблеток вообще попала на территорию ****.

Между тем, в силу требований ст.ст. 56, 75, 240 и 278 УПК РФ допрос оперативного сотрудника, участвовавшего в проведении ОРМ, не может подменить собой показания самого подозреваемого или обвиняемого, а поэтому не может служить основанием для восстановления содержания показаний этих лиц, данных ими в ходе досудебного производства, вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, и не позволяет суду использовать содержащиеся в показаниях таких свидетелей сведения, как и класть их в основу обвинения.

Поэтому суд критически относится к показаниям свидетелей П и Мв части сообщенной ими информации относительно обстоятельств доставки психотропного вещества и наркотических средств в виде таблеток, ставшей известной им только со слов М.

Как пояснил в судебном заседании сам подсудимый М, первичные показания в качестве подозреваемого он дал по договоренности с сотрудниками ФСКН, что с ним будет заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. Однако все его ходатайства о заключении этого соглашения остались без удовлетворения, хотя он готов был рассказать на следствии обо всех причастных к данным событиям лицах, назвать их имена, адреса и места получения наркотиков.

Фактически же он взял две пластиковые бутылки с таблетками в закладке, находящейся на территории церкви, расположенной на ****, а местонахождение этой закладки наркотика ему стало известно из смс-сообщения, полученного им после пересечения Государственной границы уже на территории Российской Федерации. Откуда он везет эти наркотики, он (М) Гне говорил и тот не знал об этом.
Эти показания М в ходе судебного разбирательства ничем опровергнуты не были, а оснований не доверять им у суда не имеется.

Других показаний, кроме зафиксированных в протоколе его допроса в качестве подозреваемого, М в ходе предварительного следствия не давал и вопросы установления местонахождения лиц, предложивших ему заняться сбытом наркотиков, а также предоставивших наркотические средства путем закладки, имена и адреса этих людей, механизм и место закладки наркотических средств, порядок взаиморасчетов за сбыт наркотиков и маршрут следования М из **** в **** с **** на **** года в ходе предварительного следствия остались невыясненными.
Напротив, показания М в суде о том, что он заявлял ходатайства о заключении с ним досудебного соглашения о сотрудничестве и готов был рассказать следствию обо всех этих вопросах непосредственно после его допроса в качестве подозреваемого и до предъявления ему обвинения в окончательной редакции, подтверждаются соответствующими ходатайствами последнего от **** и **** года и показаниями свидетеля М.Е.В.
Таким образом, суду не представлены неопровержимые и бесспорные доказательства, подтверждающие сам факт перемещения М через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами **** упомянутой выше смеси наркотических средств и психотропного вещества в особо крупном размере, а таковые в судебном заседании не добыты.
Непосредственное же перемещение упомянутых средств и веществ через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами **** Г органами предварительного следствия не вменялось, и, как установлено в судебном заседании, совершение контрабанды данных средств и веществ на территорию Российской Федерации его умыслом не охватывалось.
Поэтому в силу положений ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ суд полагает необходимым истолковать неустранимые сомнения в виновности М и Г в пользу последних и оправдать их по предъявленному им обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, в связи с не установлением события преступления (п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).

При решении вопроса о назначении наказания М и Г суд учитывает характер, степень общественной опасности и обстоятельства совершения ими преступлений против здоровья населения и общественной нравственности, характеризующие данные об их личности, влияние назначенного наказания на исправление каждого из них и на условия жизни их семей.
Обстоятельством, смягчающим наказание М, суд признает наличие у него малолетнего ребенка.
Принимает суд во внимание и то, что Г по месту предыдущей работы характеризовался положительно, а М ранее не судим, чистосердечно раскаялся в содеянном, положительно характеризуется по месту жительства и работы, оказывал благотворительную помощь детским домам, его отец имеет тяжелое заболевание.
Обстоятельств, смягчающих наказание Г, суд не усматривает.
В то же время, вышеприведенные противоправные действия Мне могут быть расценены судом как совершенные в результате психического принуждения либо в силу материальной зависимости, поскольку у него имелась реальная возможность отказаться от предложения других лиц относительно участия в незаконном обороте наркотических средств, как и в рамках закона оспорить предъявленные к нему материальные требования, однако он этого не сделал, а, напротив, согласился выполнить отведенную ему роль в целях реализации единого для всех членов организованной группы преступного умысла и предпринял все от него зависящее.
Учитывая повышенную общественную опасность и обстоятельства совершения М и Г упомянутых выше преступлений, а также степень их фактического участия в данных преступлениях, значение этого участия для реализации общего преступного умысла, последовательность и целенаправленность действий каждого из них, постоянство форм преступной деятельности Г, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, количество приготовленной ими к сбыту смеси наркотических средств и психотропного вещества, которые были изъяты из незаконного оборота лишь благодаря своевременной деятельности сотрудников УФСКН России по г. ****, суд приходит к выводу о том, что достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления М и Г и предупреждения совершения новых преступлений может быть достигнуто только в условиях изоляции их от общества - при назначении им наказания в виде лишения свободы, а Г в том числе и за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ.
Оснований для изменения Г и М категории совершенных ими преступлений, а также применения к ним положений ст.ст.64 и 73 УК РФ не имеется.
Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 297, 299, 302 - 309 УПК РФ, суд приговорил:

М. и Г., каждого, по предъявленному им обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, оправдать в связи с не установлением события преступления (п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).
В связи с оправданием М. и Г. по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ признать за ними право на частичную реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.
М. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет в исправительной колонии строгого режима, без штрафа.
Г. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228 УК РФ, на основании которых назначить ему наказание:
- по ч. 1 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ - в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев, без штрафа,
- по ч. 1 ст. 228 УК РФ - в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.
По совокупности совершенных преступлений, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательное наказание Г. назначить в виде 11 (одиннадцати) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, без штрафа.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения Г. и М. - заключение под стражу - оставить без изменения и содержать их в учреждении ****.
Срок отбывания наказания Г. Е.В. и М., с зачетом времени содержания их под стражей до судебного разбирательства, исчислять каждому с **** года.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:
- наркотическое средство - гашиш, остаточной массой 1,7 грамма, смесь психотропного вещества - амфетамина и наркотических средств: МДМА (L-3,4 - метидендиокси - N - альфа - диметил - фенил - этиламин) и хлорфенилпиперазина, остаточной массой 487,8 грамма - уничтожить;
- автомобиль ****, государственный номерной знак ****, мобильный телефон марки **** - возвратить по принадлежности;
- доверенность на управление автомобилем ****, государственный номерной знак ****, диск с записью опроса Г. Е.В. - хранить при деле.
Процессуальные издержки по делу, состоящие из суммы, выплаченной адвокату Т.С.В. за оказание ею юридической помощи в судебном заседании по назначению, а всего в размере 15600 рублей, взыскать с осужденного М. в доход государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Московский городской суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осуждёнными - в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб осуждённые вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Контрабанда и приготовление к сбыту наркотических средств;

Покушение, на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере;

Хранение наркотических средств в крупном размере;

Приобрение наркотического средства в крупном размере;

Покушение на незаконный сбыт психотропного вещества в крупном размере;

Сбыт наркотиков организованной группой или преступным сообществом;

Сбыт наркотиков организованной группой;

Хранении без цели сбыта наркотических средств, в крупном размере;

Хранении наркотических средств, в крупном размере;

Практика районных судов Москвы по уголовным делам;

Практика районных судов Москвы по хищениям;

Уголовные дела;

Мировые суды Москвы;